На утреннем горизонте Советской улицы выстраивалась очередь, состоящая из двадцати с лишним человек. Время на часах показывало десять утра, а зайти в пивной ларёк можно было лишь с нетерпением, ведь он оставался закрытым. Публика проявляла признаки нетерпения: топот ног и стук в окошко лишь нарастали.
Наконец, из-за дверцы вышел пивник Ануфрий Семёныч, слегка запыхавшийся и с растрепанными волосами. Он взглянул на очередища с извиняющимся выражением лица:
– Извините, граждане! Сегодня снова не успел вовремя и проспал. С утра пиво еще не разбавил, так что буду наливать, но кружки заполнять не до краев – для честности. Не сердитесь!
В толпе повисло молчание. Наконец, кто-то пробормотал с заднего ряда:
– Эй, Семёныч, может, ты каждый день проспишь?
Очередь разразилась смехом. Семёныч, почесывая затылок, ответил:
– Нет, ребята, так не получится. У меня план по воде – триста литров в месяц, и за это можно поплатиться премией!
Он начал разливать пиво, и хотя кружки были не полными, напиток радовал своим настоящим вкусом. Люди уходили с довольными лицами, хотя получили ощутимо меньше, чем обычно. Зато всё было честно. С тех пор пивные завсегдатаи каждый день подшучивали над Семёнычем:
– Проспи, родной, проспи! Вкуснее мы, кажется, ещё не пили!
А он лишь качал головой:
– Совесть не позволяет, друзья. Планы по воде надо выполнять!
